Какая это страна!

Какая это страна!

איזו מדינה

 

В 1984-м году израильский певец и композитор Эли Лузон написал « איזו מדינה «. В это время в стране был полный бардак (даже хуже, чем, сейчас), сумасшедшая инфляция в сотни процентов, страна катилась в тартарары. (1)

Слова песни были настолько горькими, что даже в такое тяжелое время у Эли заняло почти два года, пока он «пробил» свою песню на радио. В мае 1986-го года она прозвучала и… взорвала страну.

Какая страна, какая страна,

Какая особенная страна

Правительство давит, страна давится

Какая страна

 

Люди плачут, цены растут,

А нужно платить налоги и больничной кассе

Уже нет работы и счет в банке пуст

Нет денег на жизнь и закрыли контору (2)

А они сидят в парламенте и придумывают как нас обмануть

Забрали наши накопления, забрали наши пенсии

Нам уже все так надело, а нас опять штрафуют

Теперь даже на молоко добавили налог

 

Какая страна, какая особенная страна.

 

יש לנו שרים, רק כסא רוצים.
לא עושים דבר ורק מבטיחים

 

Песня, написанная 20-летним Эли Лузоном, мгновенно стала гимном все протестов и митингов, гимном «этой особенной страны». Люди очень устали от вранья и обещаний правительства, а Эли, вместе с Йони Рое, написавший эту песню, очень простыми словами выразил то, что тяжелым грузом лежало на сердце каждого израильтянина.

А дальше, когда слова этой песни «ушли в народ», происходи метаморфоза. Как я читал, началось это в небольшой пекарне в южном Тель-Авиве. Ее владелец сделал большой транспарант со словами песни Эли Лузона, а под ним написал, что в его пекарне каждый может получит бесплатно!!! хлеб, а ребенок – булочку.   Пекарня стала работать 24 часа в сутки. И даже в субботу и это никому не мешало. Нашлись люди, которые помогли владельцу покупать муку, нашлись добровольцы, которые готовы были работать бесплатно.

За этой пекарней и другие бизнесы стали помогать людям бесплатно! И лозунгом этого действия стали слова из песни «Какая это страна!». Только теперь контекст был противоположным – теперь под этими словами подразумевалось, что у нас особенная страна, но особенная своими добрыми людьми и добрыми поступками.

Но, это все только прелюдия! А «людия» будет сейчас. Многие старожилы Тель-Авива, а также любители старых хороших книг знают книжную лавку Игаля Барона на улице Маккаби, что на рынке Бецалель. Я, например, знаю Игаля более четверти века. Кроме старых книг Игаль продает в своем магазине старые лампы и торшеры, а также… чернильницы.  А я люблю чернильницы и ручки с чернилами. Такая у меня ностальгическая зависимость…

В наше тяжелое время Игаль попал в сложную ситуацию.  Товары его магазина и в нормальное, «довирусное» время не пользовались большим спросом – народ все больше предпочитает читать книги с экрана, а то и вовсе – смотреть экранизацию. Да и старые лампы – удел коллекционеров. Люди предпочитают современный дизайн и LEDы.

Об Игале знают многие журналисты. И о нем сделали передачу – на несколько минут буквально, в новостном блоке 13-го канала. И на следующий день в его лавку стали приходить люди. С соблюдением всех правил «короно-карантина». За полдня пришло более 30 человек, и каждый что-то купил.

А дальше?  Ближе к обеду зашла пара – он и она, средних лет. Долго смотрели товары и, наконец, выбрали механическую точилку для карандашей производства 40-х годов.   Она стоила 250 шекелей и в тот день это была самая дорогая покупка. Покупатели поинтересовались – могут ли они расплатиться чеком? Безусловно Игаль был согласен на любые условия. Они выписали чек, поблагодарили и ушли раньше, чем Игаль успел выписать квитанцию. Растроганный Игаль стоял с чеком в руке, благодарно глядя им в след. Когда они ушли, он решил (как и положено) внести чек в кассу. Он открыл и, к удивлению, обнаружил, что в чеке прописана совсем другая сумма! Вместо 250 шекелей, там, и цифрами и прописью, что исключало ошибку значилось… 5000 шекелей! Пять тысяч шекелей.

На чеке были имя и телефон владельца, и Игаль, решив, что человек перепутал чек, тут же позвонил владельцу.

— нет никакой ошибки, — ответил владелец, — мы хотим тебе помочь!

«Какая у нас особенная страна!» — איזו מדינה

Сейчас трудное время, и, конечно, всем помочь невозможно! Я уже год без работы, но как-то выживаю, читаю лекции. А есть люди, которое не могут читать лекции, и выживать им намного труднее.  У нас очень хорошая страна, очень хорошие люди. Посмотрите вокруг. Может быть сегодня, вместо покупки в «Шуфер Сале», вы купите самое необходимое в соседнем супермаркете, чуть дороже. Но это поможет выжить владельцу. (3)

 

 

  • Как это часто бывает в нашей «особенной» стране, народ забыл своих героев. А тогда, в 80-е, страну спас Шимон Перес, ставший главной правительства национального единства.
  • Лишка – контора по трудоустройству
  • Пример с супермаркетом – условный!

Что в имени твоем…

В далекой-далекой юности я встречался с девушкой, маму которой звали Сталина.  Именно в честь Сталина. В то далекое советское время таких имен было не мало. Я встречал имя Ивис – Иосиф Виссарионович Сталин, Владлен – Владимир Ленин, Даздраперма – Да здравствует Первое мая, Ким – Коммунистический интернационал молодежи. Были и более интересные имена – Ноябрина и Октябрина. Или Далис — от «Да здравствуют Ленин и Сталин!». Или Кравасил — (Красная армия всех сильней). Примеров можно привести великое множество.

И уже живя в Израиле много лет, и владея ивритом в достаточно хорошей степени, я начал «коллекционировать» местные подобные необычные имена.   Я поделюсь с вами своей «коллекцией», и буду очень вам благодарен, если вы поможете мне дополнить эту коллекцию.

Первым в коллекции стало имя «Ахузабат».  Седьмая дочь создателя Тель-Авива – Акивы Арие Вайса, была первым ребенком (первой девочкой, потому как есть некий спорный момент с сыном Иехезкеля Суховольского-Данина, который, возможно, родился на пару дней раньше). В 1909-м году Тель-Авив – небольшое поселение, в котором проживает менее ста семей. Называлось это поселение Ахузат Байт – «Домашнее поместье».  И Акива Вайс назвал свою дочь в честь созданного им поселения. Но жена Вайса, да и раввин, были категорически против такого имени, и смогли убедить Вайса слегка изменить имя дочери – с Ахузат Байт на «Ахузабат», почти «Элизабет». О судьбе этой замечательной женщины я еще расскажу, а пока продолжим с именами.

В 1899-м году в поселении Кфар Виткин родился мальчик, родители которого приехали несколькими годами раньше из России. После долгих раздумий и колебаний, родители дали ему имя Игаль. Но это был не случайный выбор – родители верили, что это событие поможет русским евреям справиться с бушевавшими тогда в России погромами — «יעזור לגאול את יהודי רוסיה מן הפרעות».

Через несколько недель в Явниеле родились две девочки, которых назвали Геула и Тиква, и это были первые Геула и Тиква в Израиле. Сегодня кажется, что эти имена существовали всегда.

В 1904-м году, после смерти Беньямина Теодора Герцля, один из членов Сионистского совета Явниеля обратился ко всем родителям поселения, чтобы они называли своих мальчиков в честь провозвестника сионизма. Так появились первые Герцели.

Конечно же руководители и вдохновители сионистского движения заботились о идеологии. И это проявлялось и в изобретении новых имен. Первым был Элиейзер Бен Иегуда – воссоздатель языка иврит. Своего сына он хотел назвать Эвер (עֵבֶר), в честь языка иврит. Однако моэль (раввин, который делает обрезание) был категорически против. Видимо потому, что это имя созвучно с ивритским словом, которое означает орган тела….  Хемда, жена Элиейзера, настояла на имени Итамар – в честь финикового дерева, одного из символов еврейского государства.

Один из первых еврейских учителей Ришон Ле-Циона Давид Юделевич всем своим детям давал редкие танахические имена – Ифат, Ишваам, Амос, Ховев, Хирам, Шем, Хашува и Йошваат.

Несколько лет спустя писатель Иегуда Бурла назвал своего сына Одед, в честь пророка. И это первый Одед в Израиле.

В честь открытия Еврейского университета на горе Цофим житель Иерусалима Арие Лейб Кац назвал свою дочь Цофия. И она тоже первая Цофия в стране. Артур Рупин, который приложил много усилий для того, чтобы земли горы Кармель стали еврейскими, назвал свою дочь Кармела – и она, конечно, первая Кармела в стране.

В 1944-м году в иерусалимской семье Шварц родился мальчик. И ему дали имя… Ага, что было аббревиатурой – ( איתך, גולה, אנחנו) .

Бени Маршак, легендарный офицер пропаганды и воспитания Пальмаха, получивший прозвище «Политрук» ( פוליטרוק), назвал свою дочь Мэри – в честь временного союза еврейских боевых отрядов.  Родившегося двумя годами позже сына он хотел назвать Нэсел — «נגד ספר לבן» – но жена железного «политрука» настояла на имени Йоэль. Однако, когда у Бени родилась вторая дочь, ее назвали Струма, в честь корабля, перевозившего нелегальных иммигрантов.

Немало детей получили свои имена в честь еврейских поселений. Уже упомянутая мною Ахузабат, многочисленные Шароны, Раананы.  А вот первый тезка Авигдора Либермана получил свое имя в честь поселения Гедера, созданного членами движения БИЛУ – «Ави Гедера» — так назвали родившегося в этом поселении Авигдора Хоровица. Родившегося в Реховоте мальчика в семье Канторович назвали Рехавия. Первого мальчика, родившегося в Моца, назвали Амоц.

Исраэль Роках, следующий после Дизенгофа мэр Тель-Авива, назвал свою дочь Ири – «мой город». А исследователь Тель-Авива, моя учительница Шула Видрих назвала свою дочь Тельавива.

Господин Фрайман, создатель мыловаренного завода «Атид» назвал свою дочь Эгеда, потому, что она… родилась в автобусе компании «Эгед».

Дафит Батиш получила свое имя в честь автобуса «Даф» в котором она родилась.

И таких примеров я могу привести еще множество.

А закончить первую часть рассказа о именах я хочу одной забавной историей.

Прославленный командир «Пальмаха» и «Хаганы» Игаль Алон (настоящая его фамилия Пайкович) как-то явился с докладом к Давиду Бен- Гуриону.  Бен-Гурион, который требовал от всех своих подчиненных ивритизировать свои имена и фамилии, сделал очередное замечание Пайковичу и сказал, что он должен поменять фамилию на Тель Хай или Гилади.

— почему именно Тель Хай или Гилади? — спросил Пайкович.

— потому, что ты только что освободил Гилад, — ответил Бен Гурион.

— а завтра я освобожу Наблус (Шхем) и моя фамилия будет Наблуси?

Бен Гурион рассмеялся и, махнув рукой, предоставил Пайковичу возможность выбрать себе фамилию самостоятельно.