Дизенгоф 117, кафе “Касит”

26 комментариев

Тель-авивское кафе "Касит", расположенное на улице Дизенгоф 117, уже давно стало одним из достопримечательностей города. За более чем полувековую историю об этом месте и его основателе, Иехезкеле Вайнштейне, сложено множество легенд, стихотворений, даже песен. "Касит" не просто кафе, это было явление, целая эра в культурной и политической жизни Израиля. И с моей стороны было бы совершенно непростительно не рассказать об этом уникальном кафе, о его истории, владельцах и наследниках.

 

В апреле 1935-го года две новые репатриантки из России – Люба Гольдберг и Илона (Алена) Мордкович открывают в Тель-Авиве небольшой ресторан на улице Бен Иегуда 59. Илона, приехавшая из небольшого еврейского местечка, великолепно готовила, а Люба оказалась талантливым организатором, и очень скоро ресторан стал одним из самых популярных в городе. Немало популярности ресторана способствовало и то, что его облюбовали для своих встреч члены литературного кружка "יחדיו". Кроме них в ресторане часто бывали молодые тель-авивские художники – Ицхак Френкель, Моше Кастель, Арие Навон и другие. Там собирались и артисты городских театров, иногда устраивая свои репетиции, не отходя от обеденного стола, или просто разыгрывая посетителей ресторана. А назывался этот ресторан – "Касит". По одной из версий, придумал это название один из первых постоянных посетителей ресторана Авраам Шлонский. (כסיתא – название полудрагоценного камня, разновидность красного коралла). Но по другой версии, которую рассказал мне Ори Леви, актер Камерного театра, который был одним из завсегдатаев во втором, легендарном "Касите", Шлонский, придумав это название, имел в виду нечто другое. И мы, репатрианты из бывшего СССР, это поймем легко – "касит водка" (рюмку водки), именно так кричала на кухню Люба, которая сама обслуживала посетителей. И по сей день многие из нас тоже "проглатывают" букву "О" в ивритских словах. По-доброму посмеиваясь над Любой, Шлонский все-таки нашел красивое объяснение придуманному им шутливому названию ресторана, которое на удивление быстро прижилось.

В 1937-м году подруги-партнерши решили разделить ресторан. Поговаривали, что Илона, как "начальник кухни" стала требовать изменений в договоре о партнерстве, объясняя популярность ресторана исключительно своими кулинарными способностями. Правду мы сегодня уже не узнаем, но, какими бы не были причины, партнеры расстались. Люба открыла новый ресторан по адресу Бен Иегуда 9 угол Эдельсон. И чтобы не искушать остряков, она сама придумала название своему ресторану, назвав его… "Эдельсон".

А Илона, управляя "Касит" в одиночестве, очень скоро поняла, что вовсе не вкусный "гефилте фиш" (фаршированная рыба) привлекал сюда посетителей. Посетители любили Любу, ее материнское отношение, ее смешной акцент, ее нарочитую грубость. Посетители знали, что у Любы можно попросить в долг не только "касит водка", но денег, можно просто поплакать на ее пышной груди. И посетители ушли из "Касит" за Любой, в ее новый ресторан, хотя там и не было уже потрясающей фаршированной рыбы, приготовленной Илоной.

В одном Люба ошиблась. В названии! Очень скоро Шлонский придумал название и этому ресторану – "Арарат"! Он говорил, что этот ресторан, как одноименная гора, к которой прибился Ноев ковчег после долгих странствий в бушующем море, подразумевая под ковчегом литературный кружок, который неоднократно "выселялся" из других тель-авивских ресторанов. Но остряки и этому названию придумали совершенное иное объяснение. Они смеялись, что "Арарат" – на иврите אררט – это аббревиатура и полное предложение звучит " אני רוצה רק טה", (я хочу только чай). Это было намеком на весьма скромное материальное положение молодых писателей и художников. Их не смущала ошибка в написании слова "чай", ведь главным было желание пошутить, разыграть кого-то.

Через полгода Илона закрыла свой ресторан. Дальше сведения о ее судьбе противоречивы. Я читал, что она стала главным поваром одной из тель-авивских гостиниц, но это лишь газетные слухи. А Люба и ее "Арарат", несмотря на то, что она продолжала угощать и подкармливать вечно голодных молодых гениев, благополучно просуществовали до середины 40-х годов прошлого века.

Но все-таки, этот рассказ – прелюдия к истории второго, легендарного ресторана "Касит".

В 1933-м году из Польши в Эрец Исраель приехал двадцатипятилетний Иехезкель Вайнштейн. Как и многие "холуцим", он сначала работал на осушке болот, потом на уборке цитрусовых. Через два года он переезжает в Тель-Авив. Не имея никакой подходящей профессии, Иехезкель устраивается мойщиком посуды в ресторан. Потом он "повышает" квалификацию, работая официантом и рабочим кухни. Сменив несколько ресторанов, в том числе и "Касит" и набравшись опыта в управлении, он открывает на улице Нес Циона небольшое кафе "Клуб официантов". Столь необычное название объясняется тем, что на базе этого кафе Иехезкель предлагает любому желающему обучить его ремеслу официанта, вовсе не такому простому, как кажется на первый взгляд.

В 1941 году его даже приглашают на должность управляющего известного ресторана "Кафе Губерман" на тель-авивской набережной. Но, поработав там менее года, Иехезкель Вайнштейн возвращается в "Клуб официантов". Желание построить что-то свое пересилило желание быть начальником.

И вот, в 1944-м году Иехезкель Вайнштейн «созрел» для покупки собственного кафе. Как раз в это время Люба Гольдберг закрыла свой «Арарат»( из-за недоговоренности с владельцем помещения) и решила открыть новое кафе по адресу Дизенгоф 117. Иехезкель предлагает ей партнерство, но Люба неожиданно соглашается продать ему кафе – она уже не молода, не очень здорова и просто устала. И так на самой тель-авивской улице Тель-Авива Иехезкель Вайнштейн открывает свое кафе. Так как «первый» ресторан «Касит» уже не существовал, Иехезкель позаимствовал название, которое было хорошо знакомо жителям города. Очень быстро кафе завоевало популярность даже большую, чем у старого. «Касит» снова становится богемным заведением, местом встреч писателей, художников, актеров и музыкантов. Среди его постоянных клиентов тех лет были Натан Альтерман, Авраам Шлонский, Хаим Гури, Моше Шамир, Хана Рубина, Йосеф Зарицки. Этот звездный коллектив завсегдатаев как магнит притягивал и творческую молодежь города, и среди молодых посетителей были Ури Зоар, Арик Айнштейн, Шмулик Краус, Джози Кац.

Иехезкель был человеком очень добрым и радушным хозяином. Очень часто, когда кто-то из артистов был «на мели», он кормил их за свой счет. Иногда они даже возвращали долги, а если нет – он деликатно молчал.

hezkel 1

Хецкель Иш Касит

В конце 40-х годов в Израиле началась волна «ивритизации». Многие переводили на иврит свои имена и фамилии. Иехезкель, за которым к этому времени прочно закрепилось прозвище «Хецкель» (так его называла его маленькая дочка Цвия) тоже решил поменять свою фамилию. «Вайнштейн» — винный камень, в переводе с идиша. Как рассказывал Хаим Гури, выбор имени Иехезкеля обсуждался всем персоналом кафе и его посетителями в течении нескольких дней. В конце концов, общим собранием было принято уникальное решение. Во-первых, длинное и трудновыговариваемое имя «Иехезкель» было изменено на короткое и звучащее почти по ивритски «Хецкель». А фамилия… Наверное, впервые в истории владелец кафе назвал себя в честь кафе, а не кафе в честь себя, как это обычно бывает. А Шлонский, который уже чувствовал личную ответственность за название этого кафе, подвел фундамент под новую фамилию – Хецкель Иш Касит . Он объяснил, что «касита» — это красный коралл. Коралл – камень, красный – вино. Вот и получился перевод фамилии Вайнштейн. Но все, и прежде всего сам Хецкель, прекрасно помнили Любу и ее громкое «касит водка ле шульхан штаим»!

Кафе «Касит» было больше, чем кафе. Ему посвящались стихи и песни, его снимали в кино и на фотографии, его рисовали. «Касит» было эпохой в жизни Тель-Авива.

При этом кухня там была вполне обычной восточно-европейской. В меню всегда были традиционные блюда ашкеназов, среди напитков – вино и водка. В «Касит» приходили не покушать. «Париж в Тель-Авиве» — говорил о кафе Натан Альтерман, который целыми днями сидел за своим столом в левой половине кафе. Он редко был трезв, мало говорил, что-то писал, выкидывал листики под стол, потом снова что-то писал. Маленькая Цвия – дочка Хецкеля, очень боялась сердитого дядю, столь похожего на ее отца. Но даже дрожа от страха, она не могла не послушаться Альтермана, когда он просил ее залезть под стол и достать смятые листочки.

alterman buxoi

не очень трезвый Альтерман в “Касит”

У каждой группы был свой стол. Отдельно сидели художники, отдельно – актеры соседнего театра. Отдельно – это не значит обособленно. Творчество было совместным. Когда актеры обсуждали новую пьесу, художники обсуждали костюмы для этой пьесы, а музыканты – музыку. При этом в порядке вещей было вмешиваться, спорить, до хрипоты кричать.

Над всем возвышался Хецкель, сидящий у кассы на высоком стуле. Когда страсти чересчур накалялись, он постукивал по барной стойке своей тростью. И этого было достаточно.

В 1979-м году Хецкель, которому был 71 год, умер. Мэр Тель-Авива Шломо Лахат распорядился, чтобы в день похорон улица Дизенгоф была перекрыта для транспорта. Перекрыта для того, чтобы люди могли прийти в «Касит» и простится с этим необыкновенным человеком – Иш Касит, человеком, назвавшим себя в честь кафе, ставшим делом всей его жизни.

Хецкель Иш Касит умер. Но ровно через семь дней кафе «Касит» вновь распахнуло свои двери. На высоком стуле возле кассы сидел Мойшале Иш Касит. Он принимал соболезнования, наливал «касит водка», жизнь продолжается… Только на стенах кафе теперь появилось больше фотографий и рисунков его отца.

О Моше Иш Касит, рестораторе, популярном актере израильского кино, о большом и хорошем человеке пойдет рассказ во второй части моего повествования.

Article_4494_Pic_6

Кафе “Касит” 70-е годы

Метки: , ,

26 Replies to “Дизенгоф 117, кафе “Касит””

  1. Спасибо.
    В общем то, это история не только города
    Это история страны.

  2. Боюсь оказаться неправым, но, если мне не изменяет память, то «вайнштейн» — это не винный, а — зубной камень. То есть, совсем не звучно 🙂
    Поэтому Вайнштейны предпочитают прямой, а не идиоматический перевод своей фамилии.
    Пикантно.

  3. Прям зачиталась! Интересно! Спасибо)))

  4. Каждый сам решает, как свою фамилию перевести:) он решил так. Об этом можно почитать у Альтермана — у него есть пьеса о стычке между Эцель и Хаганой, участником которой он сам стал. В этой пьесе он рассказывает и о кафе и о владельце и о его имени. Сейчас не помню название, но позже расскажу подробнее

  5. Я рад что понравилось:)

  6. очень интересно. спасибо.:)

  7. Спасибо большое, как всегда, очень интересно!

  8. k0ev:

    очуметь!

  9. и все это у тебя под окном:)

  10. k0ev:

    вот именно поэтому «звезда в шоке» 🙂

  11. Хорошо!
    Я бы не вставлял в русскоязычный текст ивритские слова, к примеру- יחדיו
    Лучше, на мой взгляд, транслитерация с объяснением (собственно, как с «касит»). Хотя, конечно, это дело вкуса.

  12. и это еще не конец истории:)

  13. я думал над этим… но, например, как по русски обыграть АРАРАТ? Да само понятие יחדיו
    перевести дословно на русский сложно

  14. кстати — Вы не хотите присоединиться к нам в четверг?

  15. Сложно, что правда-то правда. Сам порой маюсь. Выхожу из ситуации следующим образом: транслитерирую — «Яхдав» и объясняю — «Вместе с ним». То же и с «Арарат». Может быть, это выглядит и нудновато, на первый взгляд, но вполне оправдано с литературной точки зрения. Я не претендую на истину, наверное, следует посоветоваться с кем-нибудь и из профессионалов, но в таком виде текст перестает быть печатным, а жаль-он интересен и построен вполне удачно:есть иллюстрации, видны образы, имеется элемент личного участия (беседы и т.д.).
    Что касается Вашего предложения «присоединиться в четверг»-это , увы, невозможно. Я по четвергам работаю до очень поздних часов, а в эти две недели-особенно. И, несмотря на мое абсолютное желание поучаствовать в любимом мною деле злоупотребления, в этот раз пропущу (в «плохом» смысле этого слова). Ну, да Б-г даст, не последний раз! Мы ж наметили…:) Вот, не за горой тот момент.

  16. Вот из-за этих сложностей я и пошел учиться. Видимо пришло время из блоггеров-любителей подняться на другой уровень.
    А что касается встречи — жаль, но и правда не последний раз:) Зимой обычно чаще, чем летом:)

  17. Ох, и порадовали же Вы, спасибо — не слыхал об этом месте.
    А как сегодня это место котируется?

  18. Кухня стала лучше, но той публики уже нет. А место делала особым именно публика.

  19. Зимой все способствует. Главным образом-генетический настрой организма на согрев:)
    Думаю-в ближайшее время и погреемся:)

  20. Ещё раз благодарю за историю (и присоединяюсь к рацпредложению i_drlis).
    Про четверг помню — надеюсь, успею (днём буду в Иерусалиме, а к 23 — на работу).

  21. Я — за! Готов к предложениям:)

  22. я думаю, что мы начнем около 19, до 23 успеем согреться. А в след. раз — продолжим:)

  23. Замечательно, спасибо!

  24. Вот спасибо ! Как раз недавно всплыло в разговоре 🙂 Очень интересный рассказ !

  25. Замечательная история.:)

  26. Утащила в избранное. Спасибо.

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Свежие записи

Метки

100 лет Тель-Авиву Queen Акива Вайс Александр Вертинский Александр Леви Александр Пенн Америка Американская колония в Яффо Аполлония Афганистан Ахузат Байт Баухауз Блюз на идиш Борис Брестовицкий Венеция Византийская империя ЖЖизнь Зина Дизенгоф Иегуда Магидович Иерусалим Израиль Италия Кладбище на улице Трумпельдор Кфар-Сава Маньшия Меир Дизенгоф Наполеон Неве-Цедек О как! Палестина Рим Россия Сегодня много лет назад Сердце города Тель-Авив Тиш Улицы Тель-Авива Флорентин Фредди Меркури Яффо авиация американская колония в Яффо арабы армия архитектура афоризм базар за базар барон Ротшильд без галстука бульвар Ротшильд вино внутренние органы война вопросы-ответы воспоминания очевидцев вспомним молодость вы против кого дружите гид в Тель-Авиве гимназия Герцелия глюки гостиница Палатин грустно двухколесное дети диалоги дни открытых домов в Тель-Авиве друзья дядя Миша евреи женщины жизнь прекрасна загадка записки на салфетках засветился зеленая тумба злачные места история история Израиля история Тель-Авива кама зман ата бе арец кафе "Касит" кино книги компьютерное корабль "Руслан" кофе кошки курительные трубки кушать подано легенды Тель-Авива любимцы города любовь мединат Тель-Авив метрай мужчины музыка на правах рекламы наша раша неизвестная история нелегалы памятники Тель-Авива пароходы первые цветные фотографии Тель-Авива петросянщина пиво площадь Альберта площадь Дизенгоф площадь Медина порт последний рельс поэты правило виноделов праздник прогулка в сердце города прогулки по Тель-Авиву путешествия работа разbeerтуализация размышления размышлизм разочарование разрушая мифы рак бе Исраель русские израильтяне рынок Левински скребущие небеса смешно и грустно смотри и слушай старое тель-авивское кладбище старые фотографии Израиля старые фотографии Тель-Авива тель-авивские байки тель-авивские истории тель-авивские кинотеатры тельавивости тельавивости тенденции тенденция традиция трубки курительные туризм улица Алленби улица Бялик улица Герцель улица Герцль улица Дизенгоф улица Лилиенблюм улица Нахалат Беньямин улица Нахалат Биньямин фантазия фильм о Тель-Авиве фотографии фотографии Израиля фотографии Тель-Авива читая газеты что в имени твоем чудеса Израиля чудеса улицы Алленби шутка юмора шутка юмора экскурсии экскурсии Бориса Брестовицкого экскурсии в Тель-Авиве экскурсии в Яффо экскурсии по Тель-Авиву экскурсия экскурсовод по Тель-Авиву я - это я

Please follow & like us :)

Архивы

Рубрики

Подписаться на нас

Страницы